Понедельник, 22 мая 2017 года
ГЛАВНОЕ » В мире » Арктика – новый космос

Арктика – новый космос

Дмитрий Журавлев.

21 марта. ejnews.ru. 29-30 марта в Архангельске состоится 1V Международный арктический форум «Арктика – территория диалога». В этом году данное мероприятие обещает стать весьма представительным, ожидается, что в нем примут участие более 1500 человек из России и зарубежных государств. В том числе президент России Владимир Путин, президенты Финляндии и Исландии, а также вице-премьер Китая, премьер-министр Швеции, главы МИД Норвегии и Дании.

Стоит отметить, что впервые форум «Арктика – территория диалога» состоялся в 2010 году и был посвящен современным проблемам арктического региона. Второй форум прошел в 2011 году и затронул вопросы формирования арктической транспортной системы, а в 2013 г. в числе основных тем мероприятия рассматривались вопросы экологической безопасности.

IV Международный арктический форум, по словам председателя госкомиссии по вопросам развития Арктики Дмитрия Рогозина, ставит перед собой амбициозные задачи: «Мы планируем продемонстрировать значительные результаты работы российской стороны в деле освоения Арктики. Даже в условиях текущей политической ситуации и международного давления, оказываемого на Россию», – цитирует Рогозина RNS. Предполагается, что главной темой форума станет «Человек в Арктике», будут обсуждаться вопросы транспортной инфраструктуры, электроэнергетики, международного сотрудничества в Арктическом регионе. Участники мероприятия собираются затронуть темы корпоративной экологической ответственности, развития транспортной инфраструктуры и привлечения инвестиций в промышленные проекты.

Напомним, что для России прошедший 2016 год ознаменовался рядом значимых событий, связанных с Арктикой. Во-первых, был построен и спущен на воду новый, самый мощный в мире атомный ледокол «Арктика», а во-вторых, наша страна подала заявку в ООН на расширение континентального шельфа в Северном Ледовитом океане. Дмитрий Рогозин сообщил, что Россия уже к 2022 году планирует перевозить до 40 млн тонн грузов по Северному морскому пути.

«Если принять во внимание объемы добычи углеводородов во всех наших проектах, нефтяных и газовых, то к 2022 году мы рассчитываем, что выйдем на 40 млн тонн грузов, которые будут перевозиться по Северному морскому пути», – сказал он в интервью телеканалу «Россия 24».

Вместе с тем очевидно, что наиболее привлекательными в Арктике, помимо транспортных перспектив, являются вопросы разведки и добычи углеводородного сырья. Россия пока ключевая северная держава, которая ведет активные работы в Северном Ледовитом океане. При этом в мире и в нашей стране среди экспертов до сих пор ведутся дискуссии о том, а надо ли цивилизации вторгаться в полярные зоны. 

О том, зачем России Арктика и какие наиболее острые темы могут обсуждаться в 2017 году на форуме «Арктика – территория диалога», в интервью «НиК» рассказал директор Института региональных проблем, автор докладов «Роль арктической нефтедобычи в развитии регионов России», «Арктика в фокусе геополитики», «Как отразился кризис на развитии газо- и нефтедобычи на арктическом шельфе и жизни регионов» Дмитрий Журавлев.

«НиК»: Насколько важно для России первой инициировать диалог по мирному использованию высоких широт?

– Поскольку этот диалог неизбежен, то это вопрос дипломатической тактики. Можно быть инициатором и получить одни преимущества, можно подождать, пока тебя позовут принять участие в дискуссии, и получить другие преимущества. Не будучи дипломатом, я не знаю, какой вариант сейчас наиболее полезен для России, но диалог по Арктике, бесспорно, нужно вести, поскольку уже настал момент, когда необходимо развивать хозяйственное использование данной территории. А для этого, во-первых, надо иметь очень четкое представление о том, что там твое, а что – чужое. Во-вторых, определиться с видами совместной хозяйственной деятельности. Например, суммарные данные измерительных станций вдоль Северного Ледовитого океана помогли бы всем заинтересованным странам лучше ориентироваться в ситуации. И таких точек соприкосновения существует много. И, наконец, в-третьих, диалог по Арктике снимет ту нервозность, которая существует сейчас вокруг военных программ в этом регионе.

Напомню, в настоящее время эта нервозность очень велика. Я не знаю, что собирается делать действующий президент США в высоких широтах, но при предыдущем главе Соединенных Штатов ситуация иногда доходила до истерических нот. А поскольку в России есть определенные люди, которые считают, что военное освоение Арктики является приоритетным, то в этой ситуации договориться, и не только с США, но и с другими арктическими странами, очень важно. Ведь для таких малых с военно-технической точки зрения государств, как, например, Дания или Норвегия, разъяснение наших позиций просто необходимо. Россия должна пояснить, что даже при наличии военных программ никто в Арктике воевать не собирается, потому что главный вопрос – это хозяйственное освоение региона всеми странами-участницами.

«НиК»: Ваш прогноз относительно того, какие темы могут вызвать наиболее острую дискуссию среди участников данного форума и всех последующих?

– Это в первую очередь территориальное деление высоких широт. Изначально Арктику, как огромную снежную пустыню, разделили по долготам – вот наш берег, и весь сегмент Арктики до полюса с этой долготой наш. С этой методикой долгое время все были согласны, пока не поняли, сколь высок экономический потенциал этого региона. Сейчас существуют различные методы разграничения арктических вод, чему есть логическое объяснение. Поскольку, например, Соединенные Штаты, у которых нет большого берегового пространства в Арктике, от долготного подхода сильно теряют.

Отмечу, что в настоящее время абсолютно все крупные мировые державы хотят поучаствовать в дележе арктических вод. Например, наши иностранные партнеры, в большей степени, конечно, Китай, всерьез ставят вопрос о том, что Северный морской путь не является национальной принадлежностью России и должен быть интернациональным. Хочу напомнить, что Китай – страна, которая имеет ледоколы. Казалось бы, зачем ей это? В России Северный морской путь не догружен и есть мнение, что он нам и не нужен. Однако Пекину возможность возить товары вдоль Арктики при современном уровне судостроения кажется очень заманчивой. Тем более что Севморпуть освободит Поднебесную от необходимости проводить суда через «горящий» Ближний Восток или длинным путем вокруг Африки. Поэтому транспортный ресурс этого региона будет только возрастать.

Напомню, что в свое время Советский Союз осваивал Арктику в основном за счет Севморпути, но тогда это был социально-политический проект. Сейчас логистические возможности Северного Ледовитого океана могут приносить большую прибыль, повысилось и геополитическое значение данной транспортной артерии.

«НиК»: На ваш взгляд, необходимо ли сейчас активно заниматься разведкой и добычей углеводородного сырья в Арктике? Как говорится, стоит ли овчинка выделки?

– Конечно, рентабельность добычи нефти в этом регионе высока. Особенно остро этот вопрос встает в период низких цен на сырье. Сейчас многие СМИ пишут, что в мире присутствует переизбыток нефти, сланцевая добыча давит на рынок, в США растут запасы и т.д. Но, на мой взгляд, работать над освоением Арктики надо. Во-первых, низкая цена – это всегда преддверие высокой. В этот период происходит выбрасывание из рентабельного круга всех объемов добычи, себестоимость которой выше этой цены. Таким образом, чем ниже стоит баррель, тем меньше доступные запасы нефти. В результате в какой-то точке на рынке возникает нехватка сырья и цены идут вверх. Хорошо было в XIX веке – дырку пробурил и качай. Сейчас, чтобы организовать добычу, необходимы годы подготовки. Нам нельзя оказаться в ситуации, когда этот маятник качнется в сторону роста цен на нефть, а мы только начнем задумываться, как нам осваивать арктические месторождения.

Кроме того, нефть – это не только энергетическое сырье. Перспективы нефтехимии и сейчас, больше чем через сто лет после Менделеева, огромные. То есть это и проблемы технологической готовности отрасли. Напомню, что пока Россия не блещет своей нефтехимией. Ну и наконец, освоение Арктики – это решение важной экономической задачи. Современный мир – это мир избытка капитала, а если деньги не приносят доходы выше инфляции, то они уменьшаются. Поэтому встает вопрос, куда можно много и эффективно вложить. Арктические зоны в обозримом будущем – то немногое, что еще осталось для крупных капиталовложений. Поэтому освоение нефтяных запасов высоких широт – это еще и экономическое закрепление России на территориях, которые надо развивать.

Все рассуждения о том, что освоение этих территории дорого и не несет пока прямой экономической выгоды, на самом деле блеф. По сути, они просто подталкивают политическую элиту страны к тому, чтобы отдать Арктику. И если Россия даст слабину и поддастся на эти уговоры, уже завтра, даже в условиях крайне неблагоприятной экономической конъюнктуры, американские и китайские компании займут все высокие широты. Ведь уже сейчас в мире нет лишней нефти. Крупные импортеры готовы платить любые деньги за реальное черное золото, и не надо его путать с биржевыми фьючерсами. При всех разговорах об огромных излишках запасов и т.д. углеводородные продукты разбираются полностью, не залеживаются.

Напомню, что еще в шестидесятые годы ХХ века, когда стал понятен глобальный характер мировой экономики, возникло два подхода к использованию мировых природных ресурсов, в том числе и углеводородов. Представители Римского клуба сформулировали и развили идею о том, что из-за конечности мировых запасов нефти и газа для сохранения современной цивилизации необходимо минимизировать расходы ресурсов. Германия, промышленность которой в тот момент активно развивалась, профинансировала другие экономические исследования, доказывающие, что для развития как раз нужно не экономить ресурсы, а наращивать технологии. Только за счет этого можно повысить КПД использования ресурсов. Кроме того, со временем полезным ресурсом становится то, что не было ресурсом вчера. Развитие нефтяной отрасли полностью отвечает данной парадигме. Добычу, в том числе и в Арктике, развивать нужно, а не занимать позицию «пусть оно там лежит, пока сырье дешево». Когда будет дорого, не факт, что мы успеем туда вписаться. Вся нефтедобыча в Арктике – это вложение в завтра.

«НиК»: Проблемы экологии Арктики и изменения климата на планете обязательно будут обсуждаться на форуме. Как Вы считаете, какую экологическую стратегию должны выбрать участники освоения этого региона?

– Это очень серьезная проблема. Мы с вами знаем, что арктическая экология очень ранима. Тут присутствует дилемма, описанная еще в прошлом веке экономистами Римского клуба и Германией, – осваивать или нет. Со своей стороны хочу заметить, что человек все равно присутствует в высоких широтах и воздействует на экологию региона, это без учета малочисленных народов, давно вписанных в природу Крайнего Севера. Поэтому главный способ борьбы с негативным экологическим воздействием – это повышение уровня технологий, а не отказ от хозяйственной деятельности. Все равно колея, которую оставил трактор в тундре, будет зарастать 40 лет, но машина на воздушной подушке не нанесет такой урон почве. На мой взгляд, освоение Арктики неизбежно, поэтому главный способ защиты окружающей среды – повышение технологического уровня хозяйственной деятельности. То есть мы возвращаемся к главной проблеме освоения Арктики – финансовой: на новые безопасные с экологической точки зрения технологии надо тратить деньги.

Сейчас же вся борьба за экологию, которая у большинства граждан ассоциируется с деятельность Greenpeace, – это борьба с нелюбимыми компаниями за перераспределение рынка. Причем, к сожалению, судя по последней аварии в Мексиканском заливе, транснациональные корпорации не склонны вкладывать большие деньги в создание экологически безопасных способов добычи нефти на шельфе, поэтому их работа в Арктике не гарантирует защиту региона от экологических катастроф.

Что же касается климатической темы, мне кажется, человечество несколько переоценило свое воздействие на изменение температуры на планете. Экологические конгрессы, на которых всерьез рассматривается проблема антропогенного воздействия человека и всемирного потепления, мне напоминают конгресс неандертальцев по защите ледника. А что доказывает, что глобальные изменения температуры в Арктике и Антарктиде связаны с человеческой деятельностью?

Например, даже российские ученые никак не могут договориться между собой о том, ждать ли нам потепления или малого ледникового периода. Климатический вектор европейской и азиатской части страны разный: в Европе теплеет, за Уралом холодает. Объясняется это просто. Таяние вечной мерзлоты приводит к тому, что вода с температурой около нуля стекает в океан. Естественно, айсбергов становится больше. Замечу, что малые ледниковые периоды – это результат именно потепления. Последние 100 тыс. лет размер ледников постоянно меняется, исследование причин этого явления продолжается.

«НиК»: Когда появятся новые технологии для освоения глубоководных арктических залежей нефти и газа?

– Когда появится платежеспособный спрос на эти технологии, но даже при этом они не могут возникнуть внезапно, требуется большой подготовительный этап. Например, мне кажется, что «Роснефть» по вопросу освоения Арктики занимает правильную позицию. Арктика, как в свое время космос, – великолепный заказчик новых технологий и даже гарант нового возрождения российской науки и промышленности.

«Роснефть», как богатая компания, просто самим фактом того, что она работает в Арктике, уже создает технологические заделы для освоения этого региона. Если вы работаете в высоких широтах, то хорошо понимаете, что даже для поддержания добычи на имеющихся месторождениях нужно применять кучу технологий и их количество будет только возрастать. Кстати, это касается всей хозяйственной деятельности в этом регионе, там ничего нельзя делать впрок. Если что-то построил, это обязательно нужно эксплуатировать, консервировать не получается. А значит, придется постоянно вкладываться и вкладываться в технологическое развитие. Я не знаю, сколько времени потребуется на создание новой технологии добычи нефти в высоких широтах – три года или тридцать, – но в том, что эта задача будет решена, не сомневаюсь.

Замечу, что работа нефтяных компаний в Арктике – это драйвер всего развития российского Крайнего Севера. Надо понимать, что у нас в стране к Арктике приравнена чуть ли не вся территория почти до китайской границы. И такой подход можно понять, так как освоение полюса холода Якутии отчасти сопоставимо по решению проблем с работами рядом с географическим полюсом.

«НиК»: Нужно ли России сейчас вкладываться в развитие смежных производств, например судостроения, для добычи углеводородов в Арктике?

– Разделение труда необходимо, без него не может существовать современная экономика, однако должны быть пределы этого разделения. России нужно налаживать собственное производство необходимой техники, поскольку очередной поворот политического колеса может оставить вас без импортного оборудования и технологий. Как, собственно, и произошло с введением последних антироссийских санкций. Политические отношения ухудшились, и мы оказались без нефтяных платформ, столь необходимых на арктическом шельфе. Наладить строительство этих промышленных объектов – задача очень сложная, но для нашей страны это вопрос принципиальный. Никто не даст нам стопроцентных гарантий, что и в будущем поставки подобной техники не будут прерваны по субъективным причинам.

Стоит отметить, что у России, в тот момент СССР, технологическое сотрудничество с США началось еще в 1960-х годах, а потом Вашингтон принял поправку Джексона-Вэника и отменил ее только в обмен на «закон Магнитского».

Поправка Джексона-Вэника, предложенная конгрессменами Генри Джексоном и Чарльзом Вэником, была принята в 1974 году к закону о торговле США. Она ограничивала торговлю со странами, препятствующими эмиграции, а также нарушающими другие права человека. 21 ноября 2013 г. действие поправки в отношении России было официально отменено конгрессом. В декабре 2013 г. президентом США Бараком Обамой был подписан закон Russia and Moldova Jackson-Vanik Repeal and Sergei Magnitsky Rule of Law Accountability Act of 2012, получивший известность как «закон Магнитского».
Европа на сегодняшний день во многом идет в фарватере США, поэтому и она не может гарантировать стабильность в отношениях с РФ. Поэтому хорошо, если есть надежный экономический партнер, но иметь собственное производство необходимо.

Развитие судостроения полностью отвечает этой парадигме. Это высокотехнологическое производство, требующее запуска массы смежных производств. В свое время автомобилестроение стало драйвером американской экономики. Оно позволило развивать в США огромное количество отраслей промышленности, в том числе химическую, нефтеперерабатывающую и т.д. Судостроение потребует от России решения еще больших технологических задач.

«НиК»: Тем не менее, на ваш взгляд, западные компании, обладающие высокотехнологическим оборудованием, вернутся к активному сотрудничеству с РФ в Арктике? Ведь им выгоднее работать в нашей стране сейчас, а не дожидаться, когда в РФ будет создано свое производство?

– У определенной части североатлантического истеблишмента есть иллюзия, что мы отстали навсегда. Они уверены, что надо ограничить подкрепление России своими технологиями. Но те, кто понимает, что отставание российской науки и промышленности – это явление временное, продолжают борьбу за технологический сегмент российского рынка. Данная ситуация напоминает отношение к СССР в 1940-е годы, когда считалось, что атомные технологии никуда не денутся. Другой вопрос, кто окажется сильнее – дураки или умные. Посмотрим.

«НиК»: Сейчас многие экономисты считают, что энергетика и нефтегазовая отрасль стали глобальными, поэтому будущее за транснациональными корпорациями. Кто будет осваивать Арктику?

– Мировая энергетика, бесспорно, глобальна, и освоение столь сложной территории, как Арктика, будут вести крупные концерны. Но почему они должны быть транснациональными, вот в чем вопрос. Крупный концерн вполне может быть национальным. Где написано, как говорил Бумбараш, что это запрещено? Это даже не мешает участвовать в мировом разделении труда. Например, «Роснефть» использует же для работы в Арктике американские платформы, оставаясь при этом национальной компанией. Поэтому, повторюсь, что осваивать Арктику могут только крупные компании, но они не обязаны быть транснациональными. Россия сама сможет работать на своем арктическом шельфе, хотя и приглашает к сотрудничеству международные концерны. 

21 марта. 12:00

0 комментариев

*

Комментарий: